Учебник для студентов высших учебных заведений. Киев: Тандем, 1997. 287 с icon

Учебник для студентов высших учебных заведений. Киев: Тандем, 1997. 287 с




НазваУчебник для студентов высших учебных заведений. Киев: Тандем, 1997. 287 с
Сторінка1/19
Дата конвертації08.12.2012
Розмір4.17 Mb.
ТипУчебник
джерело
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   19







ББК 60.54 РУСя73

Попова И.М.

П61 Социология. Введение в специальность. Учебник для студентов высших учебных заведений. Киев: Тандем, 1997. - 287 с.

ISBN 966-7145-05-0

Этот учебник признан одним из лучших среди поданных на конкурс, организованный Министерством образования Украины и Международ­ным Фондом "Вщроджсння" в рамках Программы "Трансформация гума­нитарного образования в Украине"

Учебник содержит четыре раздела, каждый из которых сопровожда­ется кратким содержанием, определениями ключевых понятий раздела, а также контрольными вопросами В каждом разделе содержатся "Матери­алы для чтения", представляющие собой выдержки из работ, знакомство с которыми с значительной степени поможет студентам овладеть излага­емым в разделах материалом, а также углубить понимание изучаемых проблем

Для студентов высших учебных заведений

Цей тдручник визнано одним з кращих 13 поданих на конкурс, орга-шзований Мшютерством оевгги Украши та мгжнародним фондом "Вщ-родження" в рамках програми "Трансформация гуманпарно! оевгги на Украшт"

Пщручник метить чотири роздти, кожний з яких супроводжуеться коротким зм1стом, визначеннями ключових понять роздцлу а також контрольними запитаннями В кожному роздип мютяться "Матсрмли для читання"— уривки i po6iT юисикш соцюлогп, знайомство з якими допо-може студентам поглибити розумшня предмету

ББК 60.54 РУСя73

© Попова ИМ, 1997

ISBN 966-7145-05-0

© Прокопенко Б А Худ оформление, 1997

© "Тандем" Компьютерный макет, 1997

ПРЕДИСЛОВИЕ

Предлагаемое учебное пособие дает возможность войти в круг проблем социологической науки и деятельности социолога-практика, знакомство с которыми необходимо для тех, кто приступает к овладению социологической специальностью. По­собие будет полезно и для тех, кто собирается овладевать социологией как второй специальностью, а также для всех тех, кого интересует социологическая деятельность.

Основные источники подготовки учебного пособия — мо­нографическая литература (работы классиков социологии, а также современных социологов), журнальные статьи (отечест­венные и зарубежные), имеющиеся учебники социологии (пре­имущественно американских авторов), а также собственный опыт многолетней работы автора в области социологии.

Пособие содержит четыре раздела, каждый из которых сопровождается кратким содержанием, определениями ключе­вых понятий раздела, а также контрольными вопросами. В каждом разделе содержатся "Материалы для чтения", которые представляют собой выдержки из работ, знакомство с которыми в значительной степени поможет студентам овладеть излагае­мым в разделах материалом, а также углубить понимание изучаемых проблем.

При подготовке пособия автор считал возможным не об­ходить сложные проблемы, понимание которых требует интел­лектуальных усилий и способностей. Знакомство с этими проб­лемами необходимо, чтобы знать, к чему следует себя готовить, связав свое будущее с занятием социологией, какие качества (интеллектуальные и нравственные) для этого потребуются.

4

РАЗДЕЛ 1

^ МЕСТО СОЦИОЛОГИИ СРЕДИ

РАЗЛИЧНЫХ ОБЛАСТЕЙ ЗНАНИЯ,

ЕЕ ВЗАИМООТНОШЕНИЕ

С ДРУГИМИ НАУКАМИ

Основной вывод, который предстоит сделать в конце раздела, состоит в следующем: социология — это научное знание об обществе, причем специфическое, отличаюшееся от других общественных наук и имеющее свой относительно самостоя­тельный предмет исследования. Этот вывод необходимо обос­новать и разъяснить. Аля этого полезно разобраться в том, что такое научное знание в отличие от знания вообще, как соот­носится социология с такими формами вненаучного знания, как философия и обыденное знание. Основная сложность будет состоять в том, чтобы уяснить специфику предмета социологии, определить специфически социологический угол зрения на общественные явления и процессы.

^ МЕСТО СОЦИОЛОГИИ СРЕДИ РАЗЛИЧНЫХ ОБЛАСТЕЙ ЗНАНИЯ

1.1. Знание и наука. Научные и вненаучные формы знания

/. /. /. Научное знание как разновидность знания

Знание в самом общем виде можно определить как верное отражение в сознании человека явлений материального и духовного мира и, в частности, многообразных явлений об­щественной жизни. Знания содержатся не только в научных сведениях, но и в моральных, правовых, философских пред­ставлениях. Они выступают и в понятийной форме, в виде философского обобщения, научного закона, и в виде худо­жественного образа, характерного, например, для искусства. Знание является не только результатом целенаправленного процесса, специфической деятельности, которую выполняют специально подготовленные для этой цели люди: ученые, художники, философы (знание, добываемое ими, называют "специализированным"). Знание приобретают все люди в процессе повседневной жизни, непосредственной практичес­кой деятельности, своего жизненного опыта, практически не ставя перед собой такую цель. Знание такого рода является "неспециализированным". И хотя науку часто называют де­ятельностью по производству знаний, на самом деле научное знание есть лишь разновидность знания вообще. Но тогда в чем же специфика научного знания? Можно ли сказать, что наука — это высшая форма человеческого знания, наиболее совершенный его вид? Именно таким образом характеризуют науку некоторые авторы1.

Есть, однако, и другая точка зрения. Она вполне опреде­ленно выражена, например, известным украинским языко­ведом, создателем философско-лингвистической школы А.А. Потебней. Сопоставляя поэзию (олицетворяющую, по его мнению, искусство вообще) и науку, Потебня пишет сле­дующее: "Наука раздробляет мир, чтобы сложить его в строй­ную систему понятий, но эта цель удаляется по мере при­ближения к ней, система рушится от всякого не вошедшего в нее факта, а число фактов не может быть исчерпано. Поэзия предупреждает это недостижимое аналитическое знание гар­монии мира: указывая на эту гармонию своими образами... и заменяя единство понятия единством представления, она... вознаграждает за несовершенство научной мысли"2. В насто-


5

РАЗДЕЛ 1

ящее время исследователи обращают внимание на то, что наличие художественно-образного мышления — необходи­мая предпосылка любого творчества и, в частности, научного, а эмоции тесно переплетаются с мышлением и не только активизируют его, но и выполняют функции эвристики, под которой понимается способность нахождения нового знания. Известно, например, что великий Леонардо да Винчи оце­нивал искусство как высший ранг науки, а занятие наукой рассматривал как путь к искусству. Создатель физической теории относительности Альберт Эйнштейн считал, что До­стоевский дал ему больше, чем известный математик Гаусс. Таким образом, претензии науки на то, чтобы представлять собой единственный либо наиболее совершенный способ по­лучения знаний, неправомерны. Неправильно также вклады­вать отрицательный смысл в слова "ненаучный, вненауч-ный". Очень хорошо по этому поводу высказался известный физик, нобелевский лауреат Р.Фейнман: "не все то, что не наука, обязательно плохо (любовь, например, тоже не наука). Словом, когда какую-то вещь называют не наукой, это не значит, что с нею что-то неладно: просто не наука она и все"3.

Укажем также на то,что наука — не только знание, но и деятельность, деятельность практическая и духовная. Нау­ка — это и определенный способ получения знания. В чем специфика этого способа? Можно ли сказать, что недостатки науки (и ее несовершенство) есть продолжение ее досто­инств? Ответив на эти вопросы, поставленные в общей фор­ме, нам легче будет судить и о социологии, коль признаем, что она — разновидность научного знания об обществе.

Итак, что такое "наука"? "Понятие науки, — читаем в
"Философской энциклопедии", — применяется для обозна­
чения как процесса выработки научных знаний, так и всей
системы проверенных практикой знаний, представляющих

объективную истину... Слово наука буквально означает зна­
ние"4. Относительно того, что же такое "научное знание",
существуют также различные мнения. В частности, обраща­
ется внимание на то, что речь идет о знаниях, "которые
достигаются посредством соответствующих методов позна-
ния, выражаются в точных понятиях"5. Различные точки зрения существуют и по поводу того, с чего начинать историю научного знания: начинать лишь с открытий, которые были сделаны еще в древнем мире, в эпоху античности (Эвклидова


6

^ МЕСТО СОЦИОЛОГИИ СРЕДИ РАЗЛИЧНЫХ ОБЛАСТЕЙ ЗНАНИЯ

геометрия, законы Архимеда и др.)? Или же начинать ее с периода становления эмпирических естественных наук (хи­мия, физика, позже биология и др.), которое происходило в XVII — XVIII веках в эпоху Нового времени?

Трудности определения специфики науки (как знания и как вида деятельности) обусловлены тем, что облик науки под воздействием различных внешних (общественных) и внут­ренних факторов менялся (см. 2.1.2). Следует иметь в виду также, что наука как особый, специализированный вид дея­тельности оформляется лишь в эпоху Нового времени. В это время появляются ученые как особый социальный слой, представители которого специально, "профессионально" (то есть это становится их профессией) занимаются научной де­ятельностью. Под воздействием достижений естествознания формируется в этот период образец, эталон научности, кото­рый означает следование методам, используемым в естество­знании. Эталоном строгой научности становится эмпириче­ское знание, а образцом средства его добывания — экспери­мент. Абсолютизируется также и определенный способ рас­суждения — индуктивный — переход от частного к общему, от фактов к обобщению. Недооцениваются дедуктивные (от общего к частному) средства познания, интуитивные способы постижения истины.

Впоследствии такое понимание научного знания назовут сциентистским (science — паука) и обратят внимание на его узость и ограниченность. Тем не менее предложенные в эпоху Нового времени эталоны научного познания и деятельности сыграли значительную роль в выделении общих ("родовых") признаков всякой науки.

Специфику последней можно видеть в том, что основной целью науки является достижение объективной истины, получение "достоверного", то есть свободного от оценки и предвзятости знания. Более того, стремясь достичь эту цель, наука использует и постоянно совершенствует целый арсенал специфических средств и методов, обеспечивающих полу­чение "чистого" знания (свободного от субъективности и предвзятости). Это так называемые методы научного иссле­дования, которые являются весьма многообразными: анализ и синтез, дедукция и индукция, наблюдение, эксперимент, измерение (являющееся частным случаем сравнения) и мно­гие другие. Ни одна другая форма сознания (дающая отлич-


7

РАЗДЕЛ I

ные от научных знания) не только не располагает такими средствами, но и не ставит такую цель — получить "чистое" знание.

Нужно сказать, что получение "чистого", непредвзятого, абсолютно достоверного знания невозможно. Субъектив­ность так или иначе присуща и научной деятельности и на­учному знанию. Объективность, истинность — идеал, норма научной деятельности. На самом деле на "переднем крае" науки, наряду с истинными представлениями, содержатся и неистинные (о чем становится известно позже). К последним можно отнести, например, недоказанные теоремы, гипотети­ческие объекты и др. Тем более такого рода компоненты содержатся в общественной науке. Получается, что главный критерий отнесения тех или иных утверждений к области науки состоит в том, что для получения их используют особые средства познания. Критерием же научности является не только стремление к получению достоверного знания, но и использование различного рода стандартов, правил, обеспе­чивающих достижение этой цели: рациональность, непро­тиворечивость суждений, научная проверяемость, однознач­ность понятийного фонда и др.

В соответствии с такого рода представлением о специфике научного знания можно дать следующее определение науки: это специализированная деятельность по производству достоверного, логически непротиворечивого знания, ко­торое достигается посредством специфических средств и способов познания, дающих возможность нейтрализо­вать субъективность и предвзятость.

То или иное понимание науки закрепляется не только посредством широкого использования определенных методов исследования, но и посредством философского обоснования. Известно, например, что в XVIIXVIII веках выделению Е науки в специальный вид деятельности способствовала фи­лософия Нового времени. В ней познавательные принципы, обеспечивающие достижение объективной истины, наделя­лись моральной и гуманистической ценностью. "Сциентист­ская" модель строгой научности утверждалась с помощью философии позитивизма, настаивающей на совершенстве ls "позитивного" точного знания (середина XIX века). Интерес­но то, что в модели науки, отстаиваемой позитивизмом, отри­цалось какое бы то ни было воздействие философии на на-


8

; ^ МЕСТО СОЦИОЛОГИИ СРЕДИ РАЗЛИЧНЫХ ОБЛАСТЕЙ ЗНАНИЯ

учное знание. По мере того, как менялись модели и критерии научности (а они менялись в сторону признания субъектив­ности, недосягаемости "чистого" знания, значимости фило­софии и т.д.), трансформировались философские концепции, объектом анализа которых являлась наука, изменялся, в част­ности, и сам позитивизм.

Например, один из разделов работы Поля Фейерабенда (представителя так называемого постпозитивизма) "Против методологического принуждения" был назван следующим об­разом: "Наука — миф современности"6. В зависимости от того, как изменялись эталоны научной деятельности, кри­терии научности, по-разному ставились вопросы о том, сле­дует ли относить тот либо иной вид знания к науке или нет, как соотносится наука с философским знанием, повседнев­ными представлениями (обыденным знанием) и др. Но преж­де, чем ответить на эти вопросы, целесообразно поставить (и попробовать ответить на него) вопрос о различии наук обще­ственных и наук естественных.

1.1.2. Науки естественные и общественные. Гуманитарное знание

Научное знание и научная деятельность в значительной степени зависят от общества, от самых различных объек­тивно-социальных и субъективно-психологических факторов {см. 2.1.1). Тем более это относится к знаниям об обществе, о людях, о различных формах человеческого взаимодействия. Известно, что эти знания в наибольшей степени затрагивают человеческие интересы, а следовательно и зависят от послед­них. Применительно к социологии речь об этом будет идти далее {см. раздел 2). Здесь же необходимо вкратце напомнить о позиции тех философов и социологов, которые настаивали на принципиальном различии природознания и общество-знания, отрицали возможность использования единых, обще­научных методов при исследовании естественных и общест­венных явлений.

Типичными рассуждениями такого рода являлись те, кото­рые использовались представителями Баденской школы нео­кантианства (конец XIX века) Виндельбандом и Риккертом. Они считали, что для обществознания (науки о культуре), эталоном которого является знание историческое, характерен


9

РАЗДЕЛ 1

принципиально иной, чем для наук естественных, способ познания явлений (который назывался ими "идиографиче-ским": idios — своеобразный, grapho — пишу). Для естествен­ных же наук характерен так называемый номотетический ме­тод (nomos — закон, Ihetos — устанавливать). В естествозна­нии при установлении закона фиксируется общее, повторя­ющееся. При помощи естественно-научных понятий явления объясняются, тогда как общественно-историческое знание означает лишь описание явлений, фиксирование единичного, неповторимого и не имеет дела с законами.

Абсолютизировал специфику познания общественных яв­лений и немецкий философ-иррационалист Вильгельм Диль-тей. Иррационалистическая трактовка Дильтеем познания общественных явлений состоит в том, что последние, по его мнению, постигаются посредством так называемого "внут­реннего опыта", который трактовался как индивидуальное субъективное переживание. Понять общественные явления, по мнению Дильтея, означает "сопережить" их, то есть суметь пережить то, что переживали представители определенной эпохи, постичь тот смысл, который они вкладывали в свои действия.

На исключительности знаний об общественных явлениях настаивали и русские народники, представители так называ­емого субъективного метода в социологии. Сущность послед­него наиболее четко выражена в "Исторических письмах" П.Лаврова, в работе Н.Михайловского "Что такое прогресс". Рассматривая социологию как типичное проявление общест­венного знания, идеологи народничества считали, что задача последнего — выражать общественный идеал, мысленно кон­струировать общество на основе данного идеала. Общество­ведение, таким образом, в отличие от естествознания должно изучать не то, что существует на самом деле (то, что есть), а то, как должно быть, каковы идеальные представления об общественном устройстве.

Но процесс развития науки свидетельствует о том, что общенаучные методы проникают во все области научного знания. В настоящее время почти весь арсенал средств, при­меняемых естественными науками, находится на вооружении и в тех или иных областях обществознания.

Широко используются общенаучные методы вообще, ма­тематические в частности, в экономических, социологиче-

10

^ МЕСТО СОЦИОЛОГИИ СРЕДИ РАЗЛИЧНЫХ ОБЛАСТЕЙ ЗНАНИЯ

ских и правовых исследованиях. Все более они проникают в такие области, как лингвистика, педагогика и даже те, кото­рые традиционно считались неприспособленными к количе­ственному анализу, недоступными математическим способам изучения — литературоведение и историческую науку. Сейчас осуществляется количественный анализ памятников культу­ры, выявляется роль формализованных языков для исследо­вания исторических источников. Математические модели ЭВМ используются в текстологических исследованиях, ста­тистические методы — при изучении закономерностей языка.

Проблема единства естественно-научного и общественно-научного знания, как известно, не исчерпывается вопросом применимости в общественных науках эмпирических мето­дов исследования и количественных, математических средств описания изучаемых ею объектов. Важную роль в опреде­лении данного единства играет и вопрос о средствах анализа, характерных для того или иного вида знания, о формах вы­ражения последнего (понятийная — художественно-образ­ная, фиксирование общего и единичного, доступная — недо­ступная формализации и др.).

Итак, есть все основания говорить о единстве естествен­но-научного и общественно-научного знания, о том, что и для естественных и для общественных наук характерны еди­ные общенаучные методы исследования, сходные логические средства анализа, единые формы выражения.

В литературе, посвященной истории науки и общим проб­лемам ее природы и развития (философия и методология науки) принято и так называемое трехчленное деление науки: на естественные, социальные и гуманитарные. При этом пер­вые два вида наук различают скорее по объекту (природа или общество), а не по познавательным принципам, используе­мым способам познания. "Гуманитарные науки" принци­пиально отличаются от первых и вторых: именно ввиду спе­цифики познавательных средств, которые ими используются, и исследовательских принципов, которыми руководствуются. Специфические способы и принципы, характерные для гу­манитарных наук, определялись в связи с развитием языко­знания, лингвистики, литературоведения, искусствознания. Последние в качестве объекта исследования имели "тексты" и их изучение предполагало учет того обстоятельства, что текст не просто "вещь", обладающая физическими свойст-

11

РАЗДЕЛ 1

вами, а образование, заключающее в себе определенный смысл, который необходимо раскрыть или "понять".

Действительно, когда литературовед или искусствовед изу­чают "художественную реальность", к которой относятся ли­тературные произведения и любое произведение искусства, они фактически имеют дело и с тем смыслом, который вло­жен в данную "реальность" творцом изучаемого произве­дения. Отсюда и другая особенность гуманитарного познания в отличие от естественно-научного: "диалогичность". Истол­ковывая или "понимая" текст, исследователь, являющийся субъектом исследоЕ$ания, как бы беседует с другим субъектом: тем, кто это произведение создавал.

Понимание же в данном случае означает "сопереживание" (которое и имел в виду В.Дильтей); способность пережить то, что переживал автор произведения, ощутить, какими образ­цами и нормами поведения он руководствовался, что хотел передать тем людям, которые будут читать, видеть, чувство­вать его произведения. Мир, который в данном случае иссле­дуется, — иной, чем мир вещей. "Этот новый мир — мир социальных эстафет и нормативных систем"7.

Специфике гуманитарного исследования много внимания уделял российский литературовед М.М.Бахтин. Обобщенная характеристика способов гуманитарного знания дается им в работе "Проблема текста в лингвистике, философии и дру­гих гуманитарных науках. Опыт философского анализа", на­писанной в конце 50-х годов и опубликованной в 70-х. М.М.Бахтин, обращая внимание на диалогичность гумани­тарного знания, указывает на следующее: "Дух (и свой, и чужой) не может быть дан как вещь (прямой объект естест­венных наук), а только в знаковом выражении, реализации в текстах и для себя самого, и для другого"8. И далее он пишет: "Текст — первичная данность (реальность) и исходная точка всякой гуманитарной дисциплины"^.

Указывают также и на другие особенности гуманитарного исследования, которые отличают его от исследования есте­ственно-научного. Напомним, что для последнего характер­ны непредвзятость, рациональность, однозначность понятий­ного фонда, обобщающий (генерализирующий) характер и др. Гуманитарное же исследование в некотором смысле исполь­зует прямо противоположные способы: оно субъективно, "предвзято" (так как отношение исследователя включено в

12

^ МЕСТО СОЦИОЛОГИИ СРЕДИ РАЗЛИЧНЫХ ОБЛАСТЕЙ ЗНАНИЯ

его содержание); оно индивидуализировано (это "неповтори­мое" литературное произведение или произведение искусст­ва) и "идиографично" (в терминологии неокантианцев, о которых речь шла ранее — см. 1.1.2); оно апеллирует не только к разуму, но и к чувствам; оно заключает многообразие смыс­лов, каждый из которых приобретает своеобразие в зави­симости от "контекста" (например, разное прочтение лите­ратурного произведения в различных конкретно-историче­ских условиях) и т.д.

Характеристика гуманитарного исследования будет непол­ной, если не сказать о влиянии на формирование гуманитар­ных способов познания так называемой "герменевтики". По­следняя культивировалась в древнегреческой философии и филологии и представляла собой искусство и теорию толко­вания текстов. Впоследствии герменевтика оказала влияние на философские взгляды многих мыслителей (в частности, В.Дильтея). Особую популярность она приобрела в западной философии в 50-х годах XX века в связи с опубликованием так называемого "Герменевтического манифеста" немецкого философа Х.-Г.Гадамера.

Как же отнестись к гуманитарным исследованиям и гума­нитарному знанию? Считать ли последнее разновидностью научного знания либо рассматривать как самостоятельный вид знания? Это дело вкуса. Точнее, все зависит от того, что понимать под наукой и научным знанием, каким критерием (идеалом научности) руководствоваться.

Если же исходить из тех признаков гуманитарного иссле­дования, которые сопоставлялись выше с характеристиками исследования естественно-научного, то целесообразно гума­нитарное знание выделять в относительно самостоятельный вид знания, занимающий промежуточное положение между наукой и искусством.

Такого рода разграничение целесообразно в связи с тем пониманием науки, которое сформировалось, как уже отме­чалось, в эпоху Нового времени. Даже в предшествующей Новому времени эпохе Возрождения, когда были созданы предпосылки для формирования престижа научного знания, такое разграничение не имело смысла. Более того, факти­чески не было разграничения между наукой и искусством. (Вспомним Леонардо да Винчи, о котором речь шла ранее.) "Настаивая на особой ценности познания и искусства, пред-

13

РАЗДЕЛ 1

ставители эпохи Возрождения не отделяли первое от второго и особо важное значение придавали гуманитарной образован­ности, знанию словесности"10.

Интерес к гуманитарному знанию вновь возрастает во вто­рой половине XX века. Этот интерес находит всевозможные проявления и, в частности, выражается в том влиянии, кото­рое оказывает гуманитарное знание на естественные науки (так называемая "гуманитаризация" естествознания). Этот процесс "гуманитаризации" непосредственно коснется и со­циологии и станет важным фактором.

Итак, получив некоторую информацию о специфике науки (научном знании и научной деятельности), а также выяснив, в чем различие естественных и общественных наук и отличие последних от гуманитарного знания, ответим на следующий вопрос: что имеют в виду, когда относят социологию к науч­ному знанию об обществе?

/. 1.3. Социология научное знание об обществе. Социология и история

Американский социолог Н.Дж.Смелзер, характеризуя со­циологию как способ изучения людей, пишет, что "социо­логию можно определить как научное изучение общества и общественных отношений"!*.

Далее он задает вопрос: "Что мы имеем в виду, когда говорим о научном изучении общества и общественных от­ношений?", и в качестве примера ссылается на социологиче­ское исследование, отвечающее, по его мнению, эталону на­учности. Характеризуя исследовательский проект, который, как считает Н.Дж.Смелзер, соответствует этому эталону, он указывает на следующее: во-первых, фиксируются факты, из­влекаемые из реальной жизни; во-вторых, "исследование структурировано таким образом, чтобы его можно было ана­лизировать по частям"; в-третьих, полученные эмпирические результаты обосновываются, исходя из определенной теории; в-четвертых, предметом исследования были социальные от­ношения12.

Если не принимать во внимание последнее обстоятельство (предметом исследования были социальные отношения), пе­речисленные признаки соответствуют физическому идеалу научности (используемому наряду с математическим и гу-

14

^ МЕСТО СОЦИОЛОГИИ СРЕДИ РАЗЛИЧНЫХ ОБЛАСТЕЙ ЗНАНИЯ

манитарным)13, который утвердился в период Нового вре­мени со становлением и развитием эмпирического естество­знания. Именно этот идеал подвигнул к середине XIX века позитивиста Огюста Конта заявить о необходимости создания социологии как позитивной науки об обществе. В соответ­ствии с этим Риккерт и Виндельбанд, отличая науки о куль­туре (исторические) от наук о природе (естествознание), не считали возможным относить социологию к первым. Реша­ющим фактором была в данном случае приверженность опре­деленным идеалам, эталонам научной деятельности. Эта при­верженность определяла и выбор познавательных средств, способов исследования. Идеалы, нормы научной деятельно­сти изменялись, менялись и модели науки. Эта смена в зна­чительной степени сказывалась на облике социологии, обус­ловливая многообразие, вариативность социологических спо­собов изучения общественных явлений. Смена идеалов и норм научной деятельности, формирование различных мо­делей науки — важнейший компонент совокупности обще­ственных факторов, которые оказывали существенное воз­действие на социологию и в период становления, и на всех этапах ее последующего развития (об этом речь будет идти в разделе 2). Тем не менее применительно к социологии (как и применительно к науке вообще) можно и нужно говорить о некоторых инвариантах (постоянных характеристиках) "на­учности". К таким характеристикам (о чем уже шла речь ранее) относятся: а) стремление к достижению непредвзятого (ценностно-нейтрального) знания; б) использование специ-' альных методов, которые обеспечивают в той или иной сте­пени достижение этой цели.

Особая проблема, которая возникает в связи с различным пониманием научности социологии, — проблема взаимоот­ношения социологии и исторической науки. Вопрос об их взаимоотношении постоянно возникал и обсуждался с той или иной силой на протяжении всего периода оформления и развития социологии.

Историю некоторые мыслители вообще выводили за пре­делы научного знания. В одних случаях она отождествлялась с философией как постигающая смысл мира и необходимо включающая предвзятость (Б.Кроче, Р.Коллингвуд). В других историческое знание рассматривалось как чисто описатель­ное в противоположность научному, устанавливающему за-

15

РАЗДЕЛ




коны. Такая позиция характерна была для уже известных нам Риккерта и Виндельбанда. Они считали (см. 1.1.2), что имен­но историческое знание является эталоном знания гумани­тарного, индивидуализирующего, использующего идиогра-фические (описывающие неповторимое, своеобразное) мето­ды исследования. Это знание противопоставлялось не только естествознанию, но и социологии, относимой ими, как и ес­тествознание, к генерализирующим (обобщающим) наукам.

Споры о взаимоотношении истории и социологии воз­никли с новой силой в связи с утверждением в социологии так называемого структурно-функционального подхода (о нем речь будет идти позже, в разделе 3). В данном случае имеется в виду одна из его особенностей: сосредоточение внимания на стабильности общества, его равновесном состо­янии и недооценка изменений, смены состояний. Поскольку последнее составляет суть исторического знания, постольку на этой основе противопоставлялись история и социология.

Однако социология анализирует общественные явления не только в статике, но и в динамике, в процессе их изменения. Разница только в том, как, какими способами делают это история и социология. Различия этих способов Риккерт и Виндельбанд охарактеризовали довольно-таки правильно: первая описывает исторические явления во всем их своеоб­разии и неповторимости, вторая анализирует логику истори­ческого процесса, его закономерности и типичные тенден­ции. Имеются у исторической науки и свои специфические, отличные от общенаучных, методы познания, которые харак­теризуют ее как гуманитарное знание. Нельзя не согласиться и с тем, что историческое сознание является важным компо­нентом мировосприятия и, безусловно, содержит в себе и определенную оценку происходящих событий (см. 1.2.2).

И все же социология, претендующая на непредвзятость, "чистоту" знания, стремящаяся не принимать во внимание неповторимое и случайное, не может обойтись без истории. Более того, исторический подход просто-таки необходим для сколько-нибудь глубокого социологического исследования и является неотъемлемой составляющей социологического об­общения (генерализации).

Для того, чтобы убедиться в этом, достаточно обратиться к работам крупных социологов, результаты исследования ко­торых отнесены к социологической классике. Например, Пи-

16

^ МЕСТО СОЦИОЛОГИИ СРЕДИ РАЗЛИЧНЫХ ОБЛАСТЕЙ ЗНАНИЯ

тирим Сорокин (американский социолог российского про­исхождения), формулируя правила и раскрывая механизмы социальной мобильности (перехода из одной социально груп­пы в другую), в своем труде "Социальная и культурная мо­бильность" использует богатейший исторический материал, охватывая самые различные периоды истории и устанавливая общее, типичное в необычайно многообразных способах из­менения социального состояния или, как говорят социологи, "статуса" различных социальных групп14.

С другой стороны, результаты социологических исследо­ваний становятся со временем серьезным источником, обо­гащающим историческое знание и углубляющим наши пред­ставления об определенном историческом периоде15.

Что касается отнесения исторической науки к гуманитар­ному знанию, то в этом также есть резон. Дело не только в том, что исторические события — результат деятельности людей, наделенных сознанием, либо представляют собой раз­личные проявления духа, а потому требуют особых способов изучения. Как писал, например, Р.Дж.Коллингвуд: "Исто­рическое знание — знание того, что дух совершил в прошлом, и в то же время воспроизведение его действий, увековечи­вание деяний прошлого в настоящем" 1(\

Дело еще и в другом. Историк получает знание о прошлых событиях на основании свидетельств других людей, благодаря текстам, составленным в лучшем случае современниками. Здесь действительно имеет место отношение субъект-субъект, а не субъект-объект. Но если даже не иметь в виду этого опосредования свидетельствами (то есть субъективностью свидетеля, используемого как источник), можно ли объяс­нить историческое событие (например, Французскую рево­люцию 1789 — 1792 годов), не поняв того, о чем думали, что испытывали участники этого события? Но означает ли по­нимание исторических событий непременно сопереживание, способность чувствовать то, что чувствовали другие? И что означает сопереживание?

Для иллюстрации трудности, возникающей в данном слу­чае, пользуются аналогией с чувственным восприятием. На­пример, могут ли жители северных стран "знать вкус" экзо­тического плода, который никогда не попадает на север? Но существует другой путь познания: описать вкусовую гамму, сославшись на известные северянам вкусовые ощущения,

17

РАЗДЕЛ

объединение которых даст представление о... плоде. Это и будет знание о вкусе, ибо знания "всегда есть сведение не­известного к известному"17.

Как бы то ни было, историческое познание действительно специфично в силу ряда обстоятельств и отличается по ис­пользуемым познавательным средствам не только от наук естественных, но и от наук общественных. Что касается со­циологии, то ее брак с историей то расторгается, то заключа­ется вновь (переходя порой в трогательную привязанность, как это происходит, например, в настоящее время — см. 2.2.4). И это в значительной степени обусловлено тем, как видоизменяется социология, какой облик она принимает в тот или иной период своего развития.

Что касается "гуманитарное™" исторического знания, как и гуманитарности литературоведения, то это совсем не свиде­тельствует о недостаточности их познавательных возможнос­тей. М.М.Бахтин считал, что такую форму знания следует считать "не научной, но инонаучной формой знания, имею­щей свои внутренние законы и критерии точности"18.

Справедливости ради следует сказать, что историческая наука и литературоведение, искусствоведение и особенно лингвистика используют не только гуманитарные способы познания, но и сугубо научные — "сциентистские" (напри­мер, структуралистские — в лингвистике, демографичес­кие — в исторических исследованиях и др.). В значительной степени обогащается социология, опирающаяся на результа­ты всех этих областей знания, получаемых самыми различ­ными способами.

1.2. Социология и вненаучные формы знания

1.2.1. Социология и обыденное знание

Обыденное знание формируется в процессе повседневного опыта, обыденной жизни людей, непосредственной практи­ческой деятельности. Оно отличается от любого целенаправ­ленно формирующегося знания, являющегося результатом деятельности людей, специально, профессионально этим за­нимающихся: так фольклор как народная художественная де­ятельность отличается от профессионально создаваемого ис-

18

^ МЕСТО СОЦИОЛОГИИ СРЕДИ РАЗЛИЧНЫХ ОБЛАСТЕЙ ЗНАНИЯ

кусства, народная медицина от знаний, добываемых меди­цинской наукой, обыденные правовые представления от пра­вовых норм, формулируемых представителями правовой нау­ки и т.д. Для обыденного знания, которое называют еще "здравым смыслом", характерны свои, отличные от научных, средства познания: допущение противоречивости (В.Г.Федо­това считает даже, что противоречивость — неотъемлемое свойство обыденного знания19), эмоциональная окраска (свидетельствующая о явной заинтересованности), особые способы обоснования, состоящие, в частности, в простой ссылке на авторитеты и др.

Специфике обыденного сознания особенно в последнее десятилетие посвящено много философской и социологичес­кой литературы20.

Однако особая проблема — различие обыденного пости­жения общественной жизни и научного ее изучения. В рамках этой общей проблемы особое значение (в связи с распрост­ранением социологического знания, расширением масшта­бов ее использования) приобретает взаимоотношение социо­логии и здравого смысла.

Работающие социологи постоянно сталкиваются с пред­рассудком, который особенно распространен среди руково­дителей разного уровня: считается, что для руководства людьми вполне достаточно практического опыта, получаемых в процессе повседневной жизни знаний. Обычно, когда "ру­ководители" знакомятся с информацией, полученной спе­циальными способами, которыми пользуется социолог, они говорят: "Мы это все знали, и не надо было проводить спе­циального изучения". На самом деле представления "опыт­ных", "знающих" людей не в меньшей степени грешат тем, что отличает любые обыденные представления: субъектив­ностью в отборе информации, неполнотой, а порой случай­ностью запомнившихся данных и др. Примеров такого рода "заблуждений" и "неточностей" в оценке реальной ситуации можно привести множество: "подводит" именно обыденное сознание и уверенность в том, что оно достаточно для ориен­тации в общественной действительности.

Однако действия и размышления социолога постоянно со­пряжены с механизмами и законами функционирования обы­денного сознания, простого здравого смысла. Во-первых, од­ним из распространенных инструментов социологического

19

РАЗДЕЛ 1

изучения являются опросы. Для правильной постановки во­проса, а тем более для корректной интерпретации ответов социологу должны быть известны особенности обыденных представлений, ибо именно с ними, как правило, ему при­ходится иметь дело. Во-вторых, обыденные представления являются важной составляющей, включенной в исследова­тельские установки самого социолога, его размышления и интерпретацию получаемого им в результате исследования материала. Данная особенность социологического знания часто абсолютизируется, ее значение преувеличивается. Это особенно четко обнаруживается в позициях представителей так называемой "социологии повседневности"21 и феноме­нологического направления22. Последнее, как уже отмеча­лось, относится к тому типу концепций, в которых чрезмерно преувеличивается специфика познания общественных явле­ний, роль субъективности в данном познании. Социальный мир в данных теориях, по существу, отождествляется с субъ­ективными представлениями, а социологический анализ рас­сматривается как анализ исследователем собственных зна­чений, в которых реализуется обыденное знание самого со­циолога.

Нужно сказать, что для настоящего периода развития за­падной социологии, связанного с разочарованиями в сциен­тистском подходе к изучению общественных явлений, харак­терно не только возрастание интереса к "нестрогим" методам гуманитарного знания, но и реабилитация "здравого смыс­ла", обыденных представлений (см. 2.2.4). Причем особую роль обыденного повседневного сознания в социологических исследованиях связывают со спецификой социального позна­ния вообще. Как считает современный английский социолог Уильям Аутвейт, "совершенно очевидно, что социальные науки продолжают быть ближе к мышлению на основе здра­вого смысла, которое во всяком случае имеет наибольшее распространение и влияние в социальном мире"23.

Объясняется это, по мнению У.Аутвейта, тем, что в области социальных наук "ученый направляет свое внимание к объек­ту изучения, который уже неким образом определен в совре­менной жизни и в обыденном языке"24

Не отрицая воздействия обыденных представлений на со­циологический исследовательский процесс, следует иметь в виду прежде всего то, что задача социолога состоит все же

20


^ МЕСТО СОЦИОЛОГИИ СРЕДИ РАЗЛИЧНЫХ ОБЛАСТЕЙ ЗНАНИЯ

именно в преодолении, нейтрализации своей субъективно­сти. Более того, социология, как и всякая наука, располагает для этого специальными познавательными средствами, ис­следовательскими процедурами, которые в той или иной сте­пени обеспечивают решение данной задачи (см. 3.2). Полу­ченное знание обладает рядом преимуществ (если работа про­ведена профессионально) в сравнении с обыденными пред­ставлениями: оно более адекватно самой действительности (объективно), отражает относительно существенные (законо­мерные) характеристики, более полно и выражено в обобщен­ном виде, а не в виде отдельных случаев и примеров.

Более того, в результате специального социологического изучения объект, нас интересующий, не просто описан и объяснен, он еще и "измерен", охарактеризован количествен­но, что дает нам право полученное знание отнести к "точно­му". Однако знанию, полученному социологическими сред­ствами, присущи те недостатки, которые характерны для научного знания вообще: теряется целостность восприятия (вспомним оценку науки А.А.Потебней: "Наука раздробляет мир..." и т.д. — см. 1.1.1). Определившаяся ранее система понятий оказывается не способной выразить быстроизменя-ющуюся действительность. Требование доказательности об­условливает порой излишнюю осторожность и узость выво­дов. Повседневные же представления более гибки, более ярки и образны. Они способны уловить то, что только возникает, что не приняло развитые формы, в чем можно разобраться лишь ухватив целое. Смелость догадки и проникновенность интуиции дают возможность уяснить то, что принимается без обоснования, сокращая, таким образом, путь к реализации идеи.

В оригинальном заключении к своей книге социолог Г.С.Батыгин попытался, как он пишет, "взглянуть на проб­лему социологического познания извне, выйти в области по­граничные, туда, где пересекаются светотени и пролегает ли­ния контраста между наукой и ненаукой, линия, лишь издали кажущаяся жесткой и непроницаемой"25.

Сопоставляя "истину разума" и "правду жизни", расска­зывая, как проводится опрос в непосредственных производ­ственных условиях, Г.С.Батыгин называет опрос "подобием игры понарошку", тогда как "настоящая" "правдишняя жизнь" выражалась в лаконичных репликах рабочих, участ-

21

РАЗДЕЛ I

ников этой правдишней жизни , удивительно точно и емко. И может быть прав Г.С.Батыгин, когда пишет: "Для того, чтобы понимать жизнь, мало изобретать особые средства по­знания. Надо жить в этом мире, страдать, любить, радоваться доброму, ненавидеть злое и уметь высказывать все, что пере­жито. Не в этом ли подлинная социология?"26.

В этом отношении особый интерес представляет так назы­ваемая "социологическая публицистика" — сплав социоло­гического знания, представлений, рожденных в повседневной жизни, и литературных, художественных средств изложения. В журнале "Социологические исследования" в течение не­скольких лет ведется рубрика, где публикуются статьи, мно­гие из которых написаны известными журналистами: Ю.Ще-кочихиным, О.Чайковской, А.Файном и другими27.

Эти статьи, а также по сути социологические очерки А.Стреляного, Н.Шмелева и многих других в значительной степени восполняли пробел в добротном социологическом исследовании "перестроечной" жизни, помогали понять про­исходящие в этот период процессы.

1.2.2. Социология и философия

Выясняя взаимоотношение социологии и вненаучных форм знания, особо следует обратить внимание на то, что отличает ее (социологию) от философии и что их роднит. При этом вспомним мудрые замечания физика Фейнмана: "Если философия не наука, то это не значит, что с ней что-то не благополучно. Просто не наука она и все". Более того, фи­лософия имеет свои преимущества и приоритеты в сравнении с любым научным знанием.

Известный немецкий социолог второй половины XIX века Макс Вебер называл естествоиспытателей "взрослыми деть­ми", потому что они способны были верить в то, что наука хоть в малейшей степени может "объяснить нам смысл мира или хотя бы указать, на каком пути можно напасть на след этого "смысла", если он существует"28. Ссылаясь на мнение Льва Толстого, М.Вебер считает, что сама наука "лишена смысла потому, что не дает никакого ответа на единственно важные для нас вопросы: "Что нам делать?", "Как нам жить?". А тот факт, что она не дает ответы на эти вопросы, совершенно неоспорим"29.

22

^ МЕСТО СОЦИОЛОГИИ СРЕДИ РАЗЛИЧНЫХ ОБЛАСТЕЙ ЗНАНИЯ

Ответы на эти вопросы дает философия. Именно она явля­ется мировоззрением: в ней содержится понимание места человека в мире и определяется отношение человека к миру. Философия помогает человеку постичь смысл мира и чело­веческого существования.

Таким образом, различие социологии и философии — это прежде всего различие между наукой (стремящейся нейт­рализовать предвзятость и оценки) и так называемыми "цен­ностными формами сознания" (предполагающими пред­взятость, необходимо включающими представления о "хоро­шем", "должном", "справедливом" и др.). Различие состоит также в том, что и философия, и социология используют специфические для каждой формы сознания познавательные средства. Социология, в частности, наряду с другими, исполь­зует и эмпирические методы познания, экспериментальные способы исследования. В арсенале философии нет таких средств постижения действительности, заключающиеся в ней знания и установки опосредованы и опираются на те данные, которые добыты не только научными, но и другими спосо­бами освоения действительности: художественными, мораль­но-правовыми и т.д.

Однако неправильно было бы чрезмерно преувеличивать различие между философией и социологией, отрывать одну от другой. Особенно это касается отношения между социаль­ной философией и общей социологией. Что собой представ­ляют та и другая?

Понятие "социальная философия" употребляется в двух смыслах. Во-первых, таким образом характеризуют взгляды любого философа относительно общества, места человека в нем, природы тех или иных общественных явлений. Во-вто­рых, "социальной философией" именуют относительно са­мостоятельные концепции, которые свидетельствуют о выде­лении общественных теорий из философии, о том, что про­исходит процесс формирования особой общественной науки со своим предметом исследования (см. 2.2.1).

Что касается "общей социологии", то понимание ее спе­цифики предполагает признание социологии как определен­ной системы взглядов. В социологии наряду с общесоцио­логическими теориями и представлениями имеются специ­ально-социологические теории и суждения ("специальные" или "частные социологии"), а также эмпирические данные.

23

РАЗДЕЛ

Социологическую систему взглядов рассматривают и как со­вокупность представлений различного уровня (имеются в виду уровни абстрактности): высшего (общая социология), среднего (специальные, частные социологии, например, со­циология города, социология молодежи, социология средств массовой коммуникации и др.) и конкретного (низшего) уровня. При этом отнесение к "низшему" уровню не означает того, что он неполноценен и несовершенен в сравнении с другими. Просто-напросто это уровень непосредственного соприкосновения социологического знания с действитель­ностью.

Все эти "этажи" (уровни) социологического знания "вы­строились" не сразу, а постепенно в процессе эволюции об­щественной мысли, под влиянием различных общественных факторов (см. 2.2). Полезно, однако, учитывать следующие обстоятельства: во-первых, процесс строительства социоло­гического знания проходил необычно (с точки зрения расхо­жего понимания строительства здания) — он начинался с верхнего этажа, с создания общесоциологических теорий, ко­торые были непосредственно переплетены с социально-фи­лософскими представлениями. И именно в концепциях осно­воположников и отцов социологии, работы которых относят­ся к "социологической классике, — Конта, Спенсера, Марк­са, Зиммеля, Вебера, Дюркгейма, — это выражено наиболее определенно. Во-вторых, процесс выделения социологии в самостоятельную область знания, а точнее в самостоятельную область научного знания происходил постепенно, начиная с середины XIX века и кончая первой четвертью XX века. В течение всего этого периода не только происходила специ­фикация социологического знания, но и достраивались ниж­ние его этажи (2.2.2 и 2.2.3).

Взаимоотношение философии и социологии на разных этапах становления и развития последней было различным. Это различие обусловлено и особенностью философских на­правлений, и спецификой социологии, тем обликом, который она принимала в тот либо иной период времени. Так, "сци­ентистская" (признающая только "строго научный" подход к общественным явлениям) социология была с самого начала тесно связана с позитивизмом в философии. Интересно то, что сами представители позитивизма, как и представители современной так называемой "аналитической философии"

24

^ МЕСТО СОЦИОЛОГИИ СРЕДИ РАЗЛИЧНЫХ ОБЛАСТЕЙ ЗНАНИЯ

(термин, используемый начиная с 50-х годов XX века), отри­цают значимость философии для науки. Более того, они фак­тически отрицают право философии на существование, счи­тая философские проблемы псевдопроблемами.

Разочарование в позитивизме и вообще в философском рационализме (признающем разум основой познания и пове­дения), которые характерны для конца Х!Х — начала XX века, привело к распространению философских концепций иного плана: в них основное значение придается внерациональным сторонам духовной жизни — интуиции, бессознательному, воле и др. Такие — иррационалистические — философские концепции (к ним, в частности, относятся взгляды Дильтея — см. 1.1.2, а также так называемая феноменология) оказали влияние на социологию, отказывающуюся от "сциентизма" и признающую значимость специфически гуманитарных спо­собов познания (феноменологическая социология — см. 1.2.1 и так называемые "постмодернистские" направления социо­логии — см. 2.2.4). При этом позиция этих философов пред­полагает и признание значимости философии для науки во­обще, для социологии в частности. Так, представитель со­временной феноменологии французский философ М.Мерло-Понти пишет следующее: "Социолог философствует уже по­стольку, поскольку берется не только описывать, но и пони­мать факты. В момент исследования он сам уже — фило­соф"30.

Вряд ли можно согласиться с М.Мерло-Понти, что со­циолог (как представитель науки) лишь описывает факты, а их интерпретация ("истолкование") —дело философа. Обра­тим внимание на то, что "истолкование" здесь — это пони­мание ("сопереживание, раскрытие смысла", то есть специ­фически гуманитарная процедура — см. 1.1.2), а не объяс­нение, которым пользуются в научном исследовании (см. 3.2).

Как бы то ни было, но и сейчас тесная взаимосвязь со­циологии и философии всегда имеет место, и она необходима. Во-первых, философия как мировоззрение (устанавливаю­щая место человека в мире вообще, в обществе, в частности, размышляющая над проблемами смысла человеческой жизни и деятельности) обогащается, опираясь на социологические представления об обществе и человеческой деятельности. Во-вторых, социология не может обойтись без философии, ибо именно последняя обеспечивает понимание смысла челове-

25

РАЗДЕЛ 1

ческой деятельности вообще, социологической деятельности в частности. Философия дает так называемые гуманистиче­ские ориентиры социологу, определяет направления и харак­тер самоконтроля в социологической работе (что он должен и чего не должен делать, к чему ему следует стремиться в со­циологической деятельности). Именно философия дает воз­можность рассматривать социологическую деятельность не только как средство удовлетворения определенных практиче­ских потребностей, но и как способ, обеспечивающий поиски духовности и совершенствования человека.

Над этими проблемами в настоящее премя размышляют и философы, и социологи31; над ними размышляли и классики социологии.

Овладение социологами философией и историей социо­логической мысли, развитие в себе способности понять то, над чем бились лучшие умы и сердца человечества — залог успешного решения данных проблем.


1.3. Социология и другие науки о человеке и обществе. Предмет социологии

1.3.1. Что изучает социология. Объект и предмет науки

Социология изучает практически все общественные яв­ления, самые многообразные проявления человеческой жиз­ни и деятельности. Содержание учебников социологии или так называемых "Введений в социологию" охватывает боль­шой круг вопросов: здесь и вопросы различного рода диффе­ренциации в обществе — социальной, этнической, демогра­фической; здесь и проблемы, возникающие в различных груп­пах и организациях, здесь и характеристика "социальных ин­ститутов" — семьи, религии, политики, экономики, образо­вания и др.; характеристика различных общественных дви­жений, многообразных проблем, которые возникают в об­ществе и требуют решения, — экологических, социального неравенства, "отклоняющегося поведения" (преступности, наркомании, проституции и др.). В круг социологических проблем входят и проблемы "изменяющегося мира": урба­низация, рост народонаселения и многое другое. Тем не ме­нее социология не является универсальной наукой и имеет

26

^ МЕСТО СОЦИОЛОГИИ СРЕДИ РАЗЛИЧНЫХ ОБЛАСТЕЙ ЗНАНИЯ

свой собственный угол зрения. В чем он состоит, какое место занимает социология среди других наук?

Естественно, главный интерес будет направлен на то, что­бы определить отличие социологии от других наук, изуча­ющих общество и человека. Другими словами, необходима "спецификация" социологии в сравнении с другими науч­ными знаниями, характеризующими один и тот же объект изучения — человека и общество. Получается, что дело не только и даже не столько в том, что изучает наука. Важно понять, как она это делает. Ответы на эти разные вопросы ("что" и "как") характеризуют различие между объектом и предметом науки. Именно последний определяет статус на­учной дисциплины. Вопрос о предмете науки — это опреде­ление характерного для данной науки угла зрения на объект, стремление очертить более или менее четко круг проблем и специфических задач, которые составляют область исследо­вания науки. Выяснение взаимоотношения социологии с дру­гими научными дисциплинами, имеющими общий с ней объект исследования, поможет ответить на данный вопрос.

1.3.2. Социология и другие науки. Социологический "угол зрения "

В чем же состоит специфически социологический угол зрения, который отличает социологию от таких наук, как юриспруденция, психология, демография и других, также изучающих человека и общество? Для уяснения сути вопроса можно пользоваться различными приемами и в частности теми, которые уже были использованы социологами. Напри­мер, Ю.А.Левада предлагает поразмышлять над тем, что видят (какими "глазами" смотрят) в одном и том же социальном факте (например, убийство, разводы и др.) представители различных наук: юрист, психолог, демограф, экономист, ста­тистик, социолог. Рассмотрев самые различные факты, Ю.А.Левада приходит к выводу, что специфика социологи­ческого подхода, социологического "угла зрения" состоит в следующем: для социолога тот ли иной факт — один из мо­ментов механизма действия общественной системы32. В слу­чае с убийством задача социолога, по мнению Ю.А.Левады, — установить и объяснить связи различного порядка между ха­рактером других сторон жизни и характером преступности33.

27


  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   19



Схожі:

Учебник для студентов высших учебных заведений. Киев: Тандем, 1997. 287 с iconУчебник для студентов высших учебных заведений
Рекомендовано Министерством общего и профессионального образования Российской Федерации в качестве учебника для студентов высших...
Учебник для студентов высших учебных заведений. Киев: Тандем, 1997. 287 с iconАлександр асмолов по ту сторону сознания
Университетскому образованию в качестве учебного пособия для студентов высших учебных заведений, обучающихся по
Учебник для студентов высших учебных заведений. Киев: Тандем, 1997. 287 с iconУчебное пособие для студентов факультетов психологии высших учебных заведений по направлению 521000 психология
Охватывает вопросы граж­данского и уголовного права, а именно
Учебник для студентов высших учебных заведений. Киев: Тандем, 1997. 287 с iconДорошев В. И. Введение в теорию маркетинга
Рекомендовано Министерством общего и профессионального образования Российской Федерации в качестве учебного пособия для студентов...
Учебник для студентов высших учебных заведений. Киев: Тандем, 1997. 287 с iconАспект пресс москва 2002 удк 159. 9 Ббк 88. 2 386
Допущено Министерством образования Российской Федерации в качестве учебного пособия для студентов высших учебных заведений, обучающихся...
Учебник для студентов высших учебных заведений. Киев: Тандем, 1997. 287 с iconУчебное пособие Составители Л. М. Кроль, Е. А. Пуртова
Московского городского психолого-педагогического института в качестве учебного пособия для студентов высших учебных заведений и факультетов...
Учебник для студентов высших учебных заведений. Киев: Тандем, 1997. 287 с iconУчебное пособие для студентов факультетов психологии высших учебных заведений по специальностям
Охватывает тоска по ро­дине — ностальгия. Как отмечал немецкий философ и пси­хиатр К. Ясперс (1883—1969), чувства тоски по родине...
Учебник для студентов высших учебных заведений. Киев: Тандем, 1997. 287 с iconИнформационно-аналитическая ведомость результатов участия в конкурсе на лучшую научно-практическую разработку среди молодых специалистов, студентов-старшекурсников и аспирантов высших учебных заведений г. Днепропетровска
Особенности маркетингового сопровождения банковских продуктов на высококонкурентном рынке
Учебник для студентов высших учебных заведений. Киев: Тандем, 1997. 287 с iconУчебник для высших и средних специальных учебных заведений. Спб.: Издательство Союз, 2000. 576 с
Охватывают ощущения, восприятие, внимание, память, воображение, мышление и речь. С помощью этих процессов человек получает и перерабатывает...
Учебник для студентов высших учебных заведений. Киев: Тандем, 1997. 287 с iconИнформационно-аналитическая ведомость результатов участия в конкурсе на лучшую научно-практическую разработку среди молодых специалистов, студентов-старшекурсников и аспирантов высших учебных заведений г. Днепропетровска
Міжнародні маркетингові комунікації підприємств в контексті розвитку глобалізаційних процесів
Додайте кнопку на своєму сайті:
Документи


База даних захищена авторським правом ©on2.docdat.com 2000-2013
При копіюванні матеріалу обов'язкове зазначення активного посилання відкритою для індексації.
звернутися до адміністрації
Документи